Как новый закон о конфиденциальности в США повлияет на Google, Facebook и СМИ

В то время как большая часть обитателей США (Соединённые Штаты Америки — года. Голосование обусловит, покажется ли в США (Соединённые Штаты Америки — закон</span о конфиденциальности в Вебе. Рассказываем, что изменит новейший законГугл и Facebook?

О каком законе речь?

Предложение 24, также известное как законжизни и правоприменении от 2020 года (CPRA — California Public Records Act), призвано расширить принципиальный законгода вспять. Есть большая возможность, что калифорнийцы одобрят новое предложение. Поправки оформлены в виде закона, который лучше защищает их приватность, а именно секретные данные — такие как номера общественного страхования, расу, религию и информацию о здоровье.

Почему решение Калифорнии коснется всех штатов?

Хотя предложенный законзначит, что CPRA станет фактическим законом для всех США (Соединённые Штаты Америки — Что, в общем-то, отлично для большинства людей, ведь идет речь о защите конфиденциальности.

Не считая того, предлагаемый закона воздействует на защиту юных людей, вводя в неотклонимом порядке тройные штрафы за нарушения в отношении юзеров младше 16 лет. Он дозволит людям ограничить внедрение данных о геолокации третьими сторонами, отлично положив конец таковым практикам, как рассылка мотивированной рекламы людям, которые посетили реабилитационный центр либо онкологическую клинику. Судя по закону, власти профинансируют создание агентства по защите конфиденциальности потребителей.

Но все так просто.

Для, к примеру, СМИ (средства массовой информации, масс-медиа — периодические печатные издания, радио-, теле— и видеопрограммы) хоть какое новое регулирование данных может сделать трудности. Как мы знаем, у издателей новостей уже есть огромное количество отлично задокументированных заморочек. Но предлагаемые улучшения посодействуют все таки посодействовать новостной промышленности и вот почему.

Борьба с дуополией Гугл и Facebook

От таргетированной рекламы  и до персонализации данных в Вебесейчас, две компании доминируют в сборе данных и, как следует, во всей цифровой рекламе. большенный вопросец о всех законах о конфиденциальности состоит в том, вправду ли они делают больше преимуществ для Гугл и Facebook заместо того, чтоб уравнять правила игры для наиболее маленьких соперников.

к примеру, в Европе, где в мае 2018 года был введен в действие новейший закон о конфиденциальности (GDPR), большие технологические компании смогли отлично нейтрализовать закон, применяя полумеры и используя лазейки при задержках в выполнении.

Отменная новость как для потребителей контента, так и для издателей новостей состоит в том, что CPRA стремится закрыть любые лазейки в прошлом законе о конфиденциальности, принятом в США (Соединённые Штаты Америки — года вспять.

Каким образом?

Для начала, законвеб-сайта, — при всем этом позволяя издателям продолжать применять данные, которые они генерируют на собственных веб-сайтах.

И это имеет смысл. Пользователи обычно подразумевают (ну и уповают), что приложение либо сайт будет собирать данные о их, только с целью сделать лучше сервис, распознавать их как неизменных гостей либо профессионально советовать контент. Но они не ждут, что неведомые третьи стороны будут собирать данные о их для сотворения профилей и показа мотивированной рекламы на несвязанных веб-сайтах либо приложениях.

Этот безудержный надзор за данными, осуществляемый некими большими технологическими компаниями за пределами их собственных сервисов, нацеленных на юзеров (а конкретно способность Гугл и Facebook выслеживать вас, даже когда вы не находитесь на их местности) подорвал доверие потребителей ко всей цифровой экономике. Предоставление пользователям способности надзирать свои собственные данные обязано, по идее, посодействовать отчасти вернуть это доверие.

сколько стоит контент по сути

Издатели новостей также все больше заинтересованы в продаже подписок на контент, заместо того, чтоб полагаться на цифровую рекламу. CPRA может посодействовать в этом, позволяя издателям давать подписки пользователям, которые отрешаются от предоставления собственных данных остальным сторонам.

Некие критики CPRA считают, что это положение накладывает стоимость на «конфиденциальность». Но Джейсон Кинт — исполнительный директор Digital Content Next, торговой ассоциации, которая представляет компании цифрового контента, уверен, что это дает издателям новостей упругость в выборе своей бизнес-модели. Не считая того, у потребителей возникает возможность осознать, как совершенно финансируется контент

Что еще даст новейший закон

В конце концов, что, может быть, более принципиально, CPRA закрывает лазейки, которые могут быть применены большими техническими платформами. к примеру, когда пользователь реализует свое право отказа о предоставлении индивидуальных данных, а издатель передает собственный выбор всем компаниям, с которыми он работает (третьим лицам), эти компании должны закончить повторно применять данные этого пользователя для всех остальных целей. На самом деле, это вынуждает эти компании возвратиться к роли поставщика услуг.

Таковая система предутверждает всякую возможность для маневра компаниям. По опыту издателей в Европе такие платформы, как Гугл и Facebook, нередко употребляют свои несбалансированные рычаги действия на переговорах, чтоб вынудить издателей подписать права на данные. Конкретно потому новейший раздел очень важен для личных издателей, у каких просто нет рычагов, чтоб вынудить Гугл либо Facebook закончить добычу данных.

В конце концов, CPRA объясняет, что издатели не несут ответственности за третьи стороны, которые нарушают предшествующий раздел, пока они не знают о нарушении. Взятые совместно, эти положения демонстрируют на самом деле, как данные передаются в цифровой экономике. Они также ложут на большие технологические компании ответственность за адаптацию собственных способов сбора данных к предпочтениям потребителей.

Неидеальны, но неминуемы. Как законы о конфиденциальности воздействую на СМИ (Средства массовой информации, масс-медиа — периодические печатные издания, радио-, теле— и видеопрограммы)?

Сами издатели считают, что CPRA не безупречен, но изготовлен из наилучших побуждений. И, все таки, от технологических гигантов могут звучать предупреждения о том, что это навредит СМИ (средства массовой информации, масс-медиа — периодические печатные издания, радио-, теле— и видеопрограммы). Но причина таковых выражений ясна.

Потребительские ожидания развиваются; Политика и наша ветвь должны следовать. Да, могут появиться некие короткосрочные трудности, так как рекламодатели привыкают работать с наименьшим объемом данных и понижают стоимость на покупаемую рекламу. Но те, кто играет в долгую игру, будут готовы к миру, в каком больше внимания будет уделяться прямым отношениям с издателями и доверию потребителей.

 Как на данный момент регулируется оборот данных о юзерах в Рф

Пока в Рф есть законинфы, которую можно сопоставить с определенным физическим лицом. По словам советника практики разрешения споров и информационных технологий Bryan Cave Leighton Paisner Russia LLP Наталии Беломестновой, одним из главных ограничителей, сдерживающих вольный оборот индивидуальных данных в работающем законодательстве, является требование согласия субъекта на обработку таковой инфы: оно обязано быть определенным, информированным и сознательным. Возможность передачи данных третьему лицу и цели таковой передачи также должны быть донесены до юзера.

Обезличенные данные также могут считаться индивидуальными в том случае, если, сопоставив их, можно найти определенного человека, отметила Беломестнова. Не считая того, Роскомнадзор заявлял, что к индивидуальным необходимо отнести и так именуемые огромные пользовательские данные — информацию о юзерах, которая не дозволяет идентифицировать определенного человека, но дозволяет проанализировать его поведение. на данный момент участники рынка и представители власти дискуссируют, необходимо ли регулировать огромные пользовательские данные так же, как огромные данные (big data, огромные объемы обезличенной инфы).

«На данный момент в Рф нет рынка индивидуальных данных. Есть лишь теневой Рынок, о механизмах которого буквально ничего не понятно», — считает сооснователь рекламной платформы CallToVisit Дмитрий Егоров.

Нашумевшая мысль о продаже данных

Еще в 2018 году в сети интенсивно дискуссировался новенькая мысль властей. Согласно вероятному закону, юзеры имеют право получать вознаграждение за то, что компании собирают и употребляют информацию о их. Утверждалось, что такое положение может показаться в нацпрограмме «Цифровая экономика». Это обязано было что убыстрить развитие рынка торговли данными. И, в итоге, отлично для юзера — возможность заработать, а не безвозмездно отдавать свои данные.

Но есть одно существенное «но». Данные всякого определенного юзера стоят копейки.

компании, которые собирают данные, не продают их поштучно. Но в пересчете на 1-го человека данные о возрасте, поле, семье, покупательских привычках и даже о состоянии здоровья человека стоят недорого. Так, Financial Times, проведя обзор рынка данных, указывала, что общие данные о тыще юзеров стоят около $0,5, а полная информация о человеке, собранная оператором по обработке индивидуальных данных, может продаваться наименее, чем за $1.

А данные юзеров не входящих в т.н. «золотой млрд» стоят и того дешевле: в Рф на биржах данных можно приобрести Cookie и маркетинговые ID юзеров в среднем за 50–100 руб. за тыщу профилей.

Так что большенный вопросец, чем и как вести торговлю? И какая будет мотивация хозяев индивидуальных данных? С иной стороны, если даже будет кластер хозяев индивидуальных данных, которые желают вести торговлю своими данными. То это сходу уже выходит достаточно специфичная подборка мотивированной аудитории. Ценность которой тоже под огромным вопросцем. Вообщем, с 2018 года вопросец о получении прибыли с индивидуальных данных больше не поднимался.

Читать также

Ледник «Судного денька» оказался опаснее, чем задумывались ученые. Рассказываем основное

Исследователи в первый раз выработали чистую энергию из графена

На 3 денек Источник